Мартин Лютер. Проповедь на Первое воскресенье Великого Поста (Invocavit)

Всем нам предстоит умереть. Никто не сможет умереть вместо другого, но каждый будет вынужден сам предстать пред лицом своей смерти и бороться с ней самостоятельно. Проповедуя, мы можем кричать вам душеспасительные истины и слова в уши, но каждый должен сам быть достаточно искусным в час своей смерти. Я не смогу быть с тобой, а ты не сможешь быть со мной. Здесь уж каждый должен сам хорошо знать всё самое главное и важное для христианина и вооружиться им. Об этом самом важном вы, возлюбленные, уже некогда слышали от меня.

Во-первых, нам следует знать и помнить то, насколько же все мы чада гнева, и все наши дела, чувства и помыслы суть ничто и прах. В подтверждение этому нам необходимо вооружиться ясным и крепким изречением Священного Писания. Вот оно, и запомни его хорошенько. И хотя подобных мест в Писании множество, я не хочу сыпать всеми ими, как только лишь этим одним. Итак, «Мы все жили некогда по нашим плотским похотям, исполняя желания плоти и помыслов, и были по природе чадами гнева, как и прочие» (к Ефесянам 2, 3). Поэтому даже не пытайся говорить себе, что ты добр, много жертвовал и совершал благие дела, которыми, якобы, и спасёшься.

Во-вторых, нам необходимо знать, что Бог послал нам Своего Единородного Сына для того, чтобы мы уверовали в Него; и кто верует Ему и доверяет, тот верой освободиться от греха и будет чадом Божиим, как и говорит святой Иоанн в первой главе своего Евангелия: «Верующим во имя Его дал власть быть чадами Божиими» (от Иоанна 1, 12). Здесь уж всем нам следует быть искусными в Писании и вооружиться его словами и изречениями, чтобы противостоять диаволу (от Матфея 4, 4.7.10). В этих двух истинах, изложенных сейчас мною, нет ни ошибки, ни какого-нибудь недостатка. Все они именно так проповедовались и возвещались всем вам. И мне было бы откровенно жаль, если бы всё было иначе. Да, я ясно вижу и думаю, что могу смело утверждать, что вы куда образованнее и ученее меня самого. И не только один из вас, два или три, а целых десять или даже более десяти, просвещены этим познанием.

В-третьих, же, необходима нам ещё и любовь, чтобы в любви поступать нам так, как Сам Бог поступил через веру с нами и в нас самих. Нет веры без любви. Так говорит святой Павел: «Если я говорю…языками ангельскими, … и имею всякое познание и всю веру, …а не имею любви, - то я ничто» (1-е Коринфянам 13, 1.2).Вот в этом, возлюбленные, не было ли у вас недостатка??? Ни в ком из вас я не ощущаю той любви и вижу, что вы не возблагодарили Бога за Его неизреченное сокровище и дар.

Смотрите же, чтобы Виттенберг не стал для нас Капернаумом (от Матфея 11, 23). Я вижу, что вы очень хорошо можете рассуждать об учении, которое вам проповедовалось, о вере и о любви. Не удивительно, ведь теперь даже осёл может спеть слова из Писания, так часто и так обильно они проповедуются всем вам. Как же после этого не научиться и вам самим искусно говорить и судить об учении??? Ах, друзья мои, Царствие Божие, которое внутрь нас есть, не в речах и словах, но в действии, т.е. в поступках, делах и навыках. Бог ищет и желает Себе не просто слушателей и пересмешников, которые только повторяют за Ним Его слова, но последователей и исполнителей в вере и любви. Ибо, веры без любви недостаточно. Более того, это даже не вера, а призрак и мираж, подобно как лицо в зеркале не настоящее лицо, а только лишь простое изображение (Иакова 1, 23).

В-четвёртых, терпение нужно нам. Ибо, если кто верует в Бога и имеет любовь к ближнему, в которой он ежедневно упражняется, то не избежать такому человеку гонений, так как диавол не спит, но будет изо дня в день досаждать ему. Терпение же зачинает и порождает надежду, которая непринуждённо смиряется и воспаряет к Богу. Так соблазнами и преткновениями умножается и закаляется наша вера изо дня в день. То сердце, которое благодатно одарено этой благодетелю, никак не может почивать и быть безучастным, но вновь и вновь изливается благом на пользу своему брату, подобно как и Сам Бог поступил прежде с нами. 

При этом, возлюбленные друзья мои, каждому должно поступать и делать не то, на что у него есть право, но смотреть и заботится прежде всего о том, что полезно и служит во благо ближнему. Как и говорит святой Павел: «Всё мне позволительно, но не всё полезно»(1-е Коринфянам 6, 12). Ведь не все мы одинаково сильны в вере. Некоторые из вас обладают верою даже более сильной, чем моя собственная. Посему не должно нам смотреть только на себя и свою силу, но прежде всего на силы и возможности нашего ближнего. Ибо Бог сказал через Моисея: «Господь, Бог твой, носил тебя, как человек носит своего сына» (Второзаконие 1, 31). А как человек носит свое дитя???

Мать кормит его сперва молоком, после кашей, затем яйцами и лёгкой пищей, чтобы оно могло привыкнуть. Если же она сразу даст ему твёрдую пищу, то не будет ребёнку от того никакого добра. Точно так же следует поступать и нам с нашим ближним и братом, а именно, долготерпеть его, претерпевать и помогать носить его немощи; кормить его молоком, как это было и с нами, пока он не станет духовно крепок и силён. Не только нам одним должно прийти в небеса, но принести и привести с собой наших братьев, которые сегодня еще, может быть, наши недруги. Если бы все матери оставляли своих младенцев, то что было бы тогда с нами, и где бы мы были сейчас. Дорогой брат, если ты уже насытился от сосцев, то не спеши перекрывать их, но дай насытиться и брату твоему, как и сам ты прежде насытился и окреп. Я сам, будь я здесь, не заходил бы так далеко, как это произошло. Само предприятие хорошее, но вредит поспешность, с которой приступили к делу. Ибо и по ту сторону есть ещё наши братья и сёстры, которым следует прийти к нам.

Заметь себе такую притчу и сравнение. У солнца есть две вещи, а именно, свет и тепло. Нет на земле такого царя, который смог бы своей властью подчинить себе солнечный свет, а именно запретить ему светить. Свет постоянен и непреклонен. Но вот теплом и солнечным жаром, которые везде вокруг солнца, можно управлять, править, руководить и заставить служить себе. Подобно сему и вера должна быть непреклонна и крепка в сердце, как свет. От неё нам никак нельзя отступить или отречься. А вот любовь по вере может и должна быть покладиста, как тепло света, служить и следовать за нашим ближним, чтобы объять и приобрести его. Есть люди, которые могут быстро мчаться. Есть те, которые просто быстро бегают. Но есть и такие, которым и ползти то чрезвычайно трудно. Поэтому не на нашу собственную силу следует нам смотреть, а на силу нашего брата, чтобы немощный в вере, когда последует за сильным, не отстал и не был бы растерзан диаволом. Посему, братия, последуйте мне. Я ещё никого из вас не погубил. Я был первым, кого Бог призвал на эту битву. Мне некуда деться и я должен оставаться так долго, как это позволит мне Бог. Я был первым, кому Бог первому открыл такую проповедь для вас. И я уверен, что имею чистое слово Божие.

Итак, будем же поступать со страхом, смирением и кротостью. Будем же лежать друг у друга в ногах, протянем же друг другу руку и поможем. Я буду исполнять свой долг. Я люблю вас, как свою собственную душу. И битва наша не против папы или его епископов, а против диавола. Не думаете ли вы, что он спит и почивает??? Не спит и не дремлет враг, который видит, что восходит свет истины. Он не желает допустить, чтобы свет сей светил ему в глаза. Поэтому он и стремиться подобраться к нему со стороны. И это ему удастся, если мы не будем внимательны и перестанем бодрствовать. Я знаю его и надеюсь, что Бог позволит мне восторжествовать над ним. Если же мы уступим ему хотя бы одну пять, то не будем после знать, как от него избавиться.

При этом знайте все, кто без веры и любви положили начало всем этим беспорядкам и разбою, что нет в вас Духа, хотя вы и хвалитесь высоким знанием Писания. Запомните две важные истины, а именно, «необходимость» и «свобода». Необходимость должна во всём оставаться непреклонна, как сама вера. Её, веру, я не позволю отнять у меня, но сохраню её во всякое время в моём сердце и вольно исповедаю пред людьми. В этом необходимость. Свобода же учит, что я волен поступать свободно и пользоваться ею непринуждённо, НО всегда и только так, чтобы это было полезно не мне, а моему ближнему и не навредило бы ему. Только не смейте мне делать из своей свободы необходимость, как вы, собственно, уже и сделали, чтобы вам не понести ответа за тех и перед теми, кого вы вашей свободой без любви совратили с истинного пути. Если ты в своей безответственной свободе подвиг кого-то есть, к примеру, мясо в пятницу и не поститься, и он в свой последний час скажет себе: «Горе мне, я погиб и не устою на суде, потому что ел скоромное в пятницу», то с кого, ты думаешь, спросит Бог за эту неокрепшую душу?

Поэтому, будем же давать молоко неокрепшим до тех пор, пока они не укрепятся в вере. Проявим же любовь к ближнему нашему. А иначе не устоит наше дело. Терпение необходимо нам к тем, которые ещё слабы в вере, чтобы нам не отвергнуть и не потерять их. Будем поступать по любви и делать то, что не вредит нашей вере. Если же мы не будем усердно и усиленно молить и просить Бога, и со всяким прилежанием посвящать нас начатому делу, то, я думаю, всё то, что происходит сейчас между нами и папистами, одолеет нас. По этой самой причине я не мог более оставаться в дали, но прибыл к вам, чтобы всё это и сказать.